III.

Охотникамъ привыкшимъ къ покойному шагу гладкошерстной или длинношерстной французской легавой собаки,—бѣшеные скачки англійскихъ собакъ могутъ конечно показаться большимъ порокомъ. Оно и вполнѣ естественно, потому что манера поиска у тѣхъ и другихъ совершенно различна.
Поискъ французскихъ собакъ благонравный, размѣренный, осторожный—поискъ англійскихъ, наоборотъ, порывистый и страстный. Первыя ищутъ покойно, легонькимъ трускомъ; вторыя - мчатся галопомъ, отмѣривая зѣемлю саженными скачками; все съ болѣе и болѣе возрастающей энергіей, съ какой-то точно-бы яростью, несутся онѣ что есть духу; ихъ увлекаетъ клокочущая внутри ихъ страсть, имъ помогаетъ необыкновенная сила ихъ стальныхъ мускуловъ. Разница эта, очевидно, есть дѣло темперамента.
Тѣмъ не менѣе, утверждать, что охотникъ не можетъ направлять поискъ англійскихъ собакъ — было бы чистѣйшей нелѣпостью; чтобы тамъ объ этомъ ни думали, я смѣло говорю, на основаніи личныхъ многочисленных, практическихъ опытовъ, что господа, распускающіе подобные ложные слухи, или ровно ничего не смыслятъ въ охотѣ, или вовсе не знаютъ собакъ. Даже наиболѣе страстные и сильные представители породы пойнтеровъ и сеттеровъ способны, въ той же мѣрѣ, какъ и всѣ прочія собаки, пріобрѣсти и ту гибкость и мягкость характера, и то повиновеніе, котораго требуетъ отъ собаки каждый охотникъ. Но, съ другой стороны, совершенно вѣрно, что вы никакими силами не заставите ни пойнтера, ни сеттера, искать отъ себя на разстояніи нѣсколькихъ квадратныхъ аршинъ, и рѣдко, въ полѣ, по крайней мѣрѣ, удастся вамъ удержать у ногъ кровнаго англичанина, тогда какъ французскія собаки подчиняются этому очень легко. Какъ я, однако, уже замѣтилъ выше, пойнтеръ, съ пріобрѣтеніемъ опыта и навыка, самъ сокращаешь свой широкій, размашистый аллюръ, когда работаетъ въ лѣсу. Тоже можно сказать и о сеттере.
Теперь мы взглянемъ съ практической точки зрѣнія на поискъ англійскихъ собакъ, такъ какъ заранѣе было рѣшено, что мы будемъ говорить только объ охотѣ.
При сравненіи въ дѣлѣ поиска англійскихъ и поиска французскихъ собакъ становится вполнѣ ясно, что онѣ не могутъ работать одновременно въ одномъ и томъ же мѣстѣ. Когда нѣсколько человѣкъ охотятся въ рядъ, въ линію, съ двумя пойнтерами и двумя или тремя французскими легавыми, послѣднія немедленно отодвигаются на задній планъ и даже вовсе стушевываются. Оба пойнтера будутъ работать на всю линію стрѣлковъ, а французскіе „легаши" будутъ плестись за англійскими „сорванцами" и будутъ находить только то, мимо чего „пронеслись" пойнтера; а эта добыча, принимая во вниманіе превосходство чутья англичанъ, можетъ быть лишь крайне незначительна. Мнѣ доводилось много разъ быть тому свидѣтелемъ.
Такъ напр., нѣсколько лѣтъ тому назадъ, г. М. выписалъ изъ Англіи краснаго пойнтера суку, знаменитой породы и превосходно натасканную. Нѣсколько дней г. М. употребилъ на то, чтобъ, какъ это обыкновенно водится, установить съ своимъ новымъ помощникомъ дружескія отношенія, долженствующія соединять охотника съ его собакой. Затѣмъ онъ пошелъ пробовать ее. Познанія и таланты “Миссъ” превзошли даже его ожиданія: поискъ совершенно правильный, чутье замѣчательно тонкое, стойка мертвая, да однимъ словомъ все, чего можно только желать отъ собаки.
Наступилъ день открытія охоты. Г. М. представилъ свою собаку собравшимся на охоту членамъ общества, и тѣ положительно пришли въ восторгъ отъ красоты суки. Вотъ наступила и торжественная минута испытанія. Охотники выстроились въ рядъ; у каждаго изъ нихъ была или французская легавая, или ублюдокъ французской легавой, какъ бываетъ у большинства охотниковъ въ окрестностяхъ Парижа. Г. М. тоже сталъ въ линію, между своими товарищами.

„Миссъ" понеслась какъ угорѣлая, галопомъ, съ поднятой кверху головой, какъ ищутъ обыкновенно всѣ, собаки ея породы. Она вскорѣ опередила всѣхъ пятерыхъ или шестерыхъ легашей и вдругъ, на полномъ ходу, замерла въ стойкѣ, на разстояніи 280 шаговъ отъ линіи. Ближайшій къ тому мѣсту охотникъ поспѣшилъ къ ней и охота продолжалась далѣе. Черезъ минуту Миссъ дѣлала стойку ужъ на противоположномъ конце линіи, растянувшейся на нѣсколько сотъ шаговъ. Между тѣмъ ни одна французская собака ни одного раза даже не причуяла. Такъ шло дѣло съ часъ: Миссъ работала за всѣхъ своихъ благонравныхъ сотоварищей и избавляла ихъ отъ труда дѣлать стойку даже надъ мелкой дичью. Да оно и естественно: несчастнымъ французскимъ тихоходамъ приходилось попусту топтать мѣсто, которое давно ужъ объискала чутистая быстроногая сука.
Товарищи М. стали выражать неудовольствіе и президентъ общества, въ виду того, что описанный порядокъ вещей могъ продолжиться вплоть до конца охоты, былъ вынужденъ просить г. М. удалить свою собаку. Бѣдную Миссъ поручили отвести на ферму. Съ ея удаленіемъ, все пришло въ обычный порядокъ и охотники могли пользоваться услугами своихъ примѣрно скромныхъ собакъ.
Я могъ бы привести сотни подобныхъ примѣровъ, но ограничусь еще только однимъ.
Было это лѣтъ пятнадцать тому назадъ, также въ день открытія охоты. Отецъ мой охотился въ здѣшнихъ мѣстахъ въ первый разъ. Всѣ выѣхавшіе съ нимъ товарищи, стояли за французскихъ собакъ и только по наслышкѣ знали пойнтеровъ. Съ однимъ изъ охотниковъ, г. Д., была превосходная длинношерстная французская легавая, одна изъ послѣднихъ чистокровныхъ собакъ этой породы, которой мнѣ пришлось любоваться; отецъ мой взялъ съ собой англійскаго пойнтера „Мака".
Пятнадцать лѣтъ тому назадъ въ нашей благословенной странѣ охота въ линію и охота съ загонщиками были еще неизвѣстны: всякій охотился самъ по себѣ, какъ ему хотѣлось, къ тому же на мѣстахъ свободныхъ, неоткупленныхъ, но изобиловавшихъ куропатками.
Охота началась. „Макъ" ринулся впѣредъ, но нѣсколько времени не находилъ ничего. Сука г. Д. мирно и спокойно трусила шагахъ въ тридцати отъ своего хозяина. Какъ теперь вижу я изумленнаго г. Д., провожавшаго глазами нашего „шального" Мака, который летѣлъ, точно сорвавшись съ цѣпи, и своимъ бѣшенынъ искомъ перевертывалъ вверхъ дномъ всѣ понятія этого превосходнаго охотника объ охотѣ съ легавой.
— Но, послушайте, обратился наконецъ г. Д. къ моему отцу, вѣдъ если ваша собака будетъ такъ скакать цѣлый день, то охота ваша будетъ очень незавидна.
— Надѣюсъ, возразилъ мой отецъ, что я окажусь достойнымъ той чести, которую вы оказали мнѣ, вызвавшись указывать мнѣ мѣста въ странѣ, положительно мнѣ незнакомой. Надеюсь также, что вы перемѣните мнѣніе и о моей собакѣ.
Затѣмъ, чтобы не мѣшать близкимъ сосѣдствомъ своей собаки иску суки г. Д., онъ пошелъ влѣво, впрочемъ сообразуя свои дѣйствія съ дѣйствіями сосѣда.
Надо замѣтить, что г. Д. былъ превосходнымъ стрѣлкомъ, но вечеромъ у него оказалось въ ягдташѣ только 20 куропатокъ (онъ не стрѣлялъ перепелокъ), а у отца—55 куропатокъ и 20 перепелокъ.
Съ тѣхъ поръ отецъ и Д. стали друзьями и недѣли не проходило безъ того, чтобы они не поохотились вмѣстѣ. Поздней осенью, когда приходится цѣнить ужъ каждую куропатку, Д. оставлялъ обыкновенно свою суку дома, а отецъ бралъ обоихъ своихъ пойнтеровъ. И охоты эти, скажу вамъ, всегда бывали на славу.
— Не мудрено, что вы стрѣляете столько дичи, говорилъ, спустя два года, Д.: ваши собаки находятъ ее даже тамъ, гдѣ ее вовсе нѣтъ.
Не знаю перемѣнилисъ ли теперь убѣжденія многоуважаемаго г. Д., но тогда, будучи не только свидѣтелемъ, а даже дѣйствующимъ лицомъ въ нашихъ охотахъ, онъ сдѣяался ярымъ поклонникомъ англійскихъ собакъ.
Опять-таки, повторяю, я не набираю приверженцевъ, которые бы разделяли мое мнѣніе; я только сообщаю факты.
Изъ сказаннаго мной очевидно, что англійскіе пойнтера не годятся любителямъ, членамъ охотничьихъ обществъ, участвующимъ въ общественныхъ охотахъ. Тамъ хорошее и лучшее должно часто уступать мѣсто разъ принятымъ общимъ правиламъ, которыя установлены такъ, что и мелкое самолюбьице щадится, и общественные интересы соблюдаются. Читатели уже видѣли, какую жалкую роль играютъ французскія легавыя, при охотахъ въ линіи, въ присутствии одного пойнтера; результаты этой роли весьма плачевны: я понимаю это, а потому молчу.
Но не смолчу передъ охотниками, утверждающими, что пойнтеръ, отъискивая дичь на полномъ ходу, долженъ неизбѣжно пропускать большое количество дичи, и что французская собака, подбирающая за пойнтеромъ все то множество дичи, которую онъ не причуялъ, очень и очень еще можетъ постоять за себя и съ честью еще поддерживаетъ свое достоинство. Я утверждаю, что чутье пойнтера несравненно, а потому и ручаюсь, что онъ никогда не пропустить большое количество дичи, а развѣ лишь какихъ-нибудь нѣсколько ничтожныхъ штучекъ.
Не могутъ быть особенно цѣнимы англійскія собаки также и въ заповѣдникахъ, кишащихъ дичыо, гдѣ охотникъ самъ является, такъ сказать, конкуррентомъ собаки, ежеминутно вспугивая и стрѣляя дичь. Нѣтъ, арена дѣятельности собаки не здѣсь.
Не задолго до бѣдствія, посѣтившаго насъ въ 1870 г., я былъ приглашенъ для содѣйствія къ истребленію дичи въ казенныхъ лѣсахъ и паркахъ. Вотъ тутъ-то впервые пришлось мнѣ вволю натѣшиться; я охотился чисто по королевски въ Сенъ-Клу, въ Марли, въ Версалѣ. Въ сентябрѣ мѣсяцѣ, впродолженіе восьми дней, я былъ королемъ или императоромъ, какъ хотите, и, признаюсь, всѣми силами старался я оставить приближавшемуся къ намъ непріятелю возможно меньшее количество дичи. Я не буду утомлять васъ разсказомъ объ этихъ тысячахъ жертвъ, павшихъ отъ моей руки, потому что это была скорѣй бойня, чѣмъ охота,—скажу только, что я вышелъ оттуда насытившись до пресыщенія, даже до отвращенія. Въ Марли и въ Сенъ-Клу я приглашалъ на этотъ печальный праздникъ одного изъ моихъ друзей, приходившаго туда съ своимъ великолѣпнымъ красно-пѣгимъ англійскимъ сеттеромъ. Бѣшеный поискъ и неутомимыя ноги этой собаки были мнѣ давно и хорошо известны; но здѣсь, прежде даже, чѣмъ мы успѣвали ступить на землю, прилегающую къ заповѣднику, “Пирамъ” ужъ былъ на стойкѣ, такъ какъ онъ искалъ обыкновенно на разстояніи двухсотъ, трехсотъ пятидесяти шаговъ отъ своего хозяина. И стойки эти продолжались цѣлый день: прерывала ихъ собака только за тѣмъ, чтобъ подавать фазановъ, которые сыпались, какъ градъ.
Мнѣ пришлось видеть одну собаку, которую дрессировали для императорской охоты; это былъ прелестнѣйшій кофейноп?гій англійскій пойнтеръ, прелестный во всѣхъ отношеніяхъ, и поискъ его въ полѣ отличался особой страстностью и размашистостью. Но когда окончена была его дрессировка и когда онъ сталъ упражнять свои способности тамъ, куда предназначила его судьба, отъ прежняго у него осталось только тонкость чутья, да крѣпость стойки, поискъ же пропалъ: онъ сталъ искать, какъ ищутъ обыкновенно всѣ собаки. Да и немудрено, если ему приходилось работать не въ полѣ, а въ какомъ-то подобіи птичьяго двора.
Нѣтъ, не здѣсь, не на этомъ поприщѣ, выказываются въ полномъ блескѣ исключителъныя качества англійской собаки. Но въ голыхъ равнинахъ, каждую ночь окутываемыхъ саваномъ смерти,—въ безлюдныхъ поляхъ, гдѣ отъ одного выводка до другого приходится подчасъ тащиться по громаднымъ пустырямъ, тянущимся иногда больше, чѣмъ на полмили—вотъ гдѣ сельскіе охотники-любители вполнѣ умѣютъ цѣнить преимущества быстраго аллюра, стальныхъ мускуловъ и неутомимой пылкости, преимущества тѣхъ вольныхъ, страстныхъ, сильныхъ движеній, за которыя корятъ пойнтеровъ люди, неимѣющіе нужды для своихъ охотъ въ этихъ высокихъ достоинствахъ, свойственныхъ англійскимъ породамъ собакъ.
Мнѣ часто говорили: “съ собакой, ищущей за 280 300 шаговъ, вы ничего не убьете, коли птица не выдерживаетъ стойки!”
Признаюсь я вовсе даже не понимаю такого разсужденія. Начать съ того, что дичь боится не собаки, а охотника: въ сентябрѣ мѣсяцѣ вы часто можете видѣть, какъ куропатки летаютъ подъ самымъ носомъ дворняшки, одиноко бѣгающей въ полѣ, но тѣже самыя куропатки васъ не подпустили бы и на полтораста шаговъ, еслибъ даже ваша собака шла позади васъ. Воображать, что можно было бы убить куропатокъ, поднявшихся отъ страха передъ собакой — чист?йшее заблужденіе; повѣрьте, что если онѣ не подпустили къ себѣ собаку ближе, какъ на семьдесятъ пять шаговъ, вамъ не удалось бы подойти къ нимъ и на полтораста.
Я допускаю даже больше: я увѣренъ, что куропатки, (самая хитрая птица между всей нашей дичью) отлично знаютъ собакъ (пожалуй даже и охотниковъ), часто охотящихся въ одной и той же местности. Я зналъ одного стараго опытнаго любителя, который вымазывалъ сажей и вываливалъ въ грязи свою бѣлую собаку, когда охотился на куропатокъ поздней осенью. Онъ говорилъ мнѣ, что куропатки признали его собаку, а по ней и его самого, и какъ только онъ выходилъ съ своей фермы, предшествуемый своимъ Блакомъ, такъ куропатки, завидя своего бѣлаго непріятеля, а за нимъ еще злѣйшаго врага своего, немедленно собирали экстренный военный совѣтъ, наскоро держали совѣщаніе и мгновенно снимались съ мѣста. Старикъ утверждалъ, что благодаря выдуманной имъ гриммировкѣ собаки, ему удавалось иногда подходить къ куропаткамъ, а иначе онѣ были положительно для него недоступны. Это очень возможно и, что меня касается, я этому охотно вѣрю.
Итакъ продолжаю. Если дичь не выдерживаете стойки, къ чему же тогда, спрашивается, собака? Поднять-то дичь и безъ собаки можно. Другими словами: если собака ходитъ у васъ подъ ногами, подниметъ-ли она какую-нибудь птицу, кромѣ той, которую вы и безъ нея вспугнули бы сами? Потому повторяю еще разъ, что мнѣ совершенно непонятны заключенія о томъ, что собака съ широкимъ поискомъ можетъ портить охоту на дичь, не выдерживающую стойки; чутьистая, крѣпкая, съ широкимъ поискомъ собака никогда не можетъ портить охоту. Я ни слова, конечно, не говорю объ этомъ, если у васъ собака, что называется „шалава", прелестная помощница, стойка которой длится ровно минуту, а то такъ и меньше, которая затѣмъ срываетъ и съ бѣшеной страстью гонитъ птицу; тутъ вы тысячу разъ правы, не отпуская отъ себя свое сокровище; держите его пожалуйста всегда у своихъ ногъ! Но если ваша собака имѣетъ къ вамъ полное довѣріе, имѣетъ о васъ высокое, заслуживаемое вами, мнѣніе, если она ищетъ верхнимъ чутьемъ, стойку д?лаетъ на далекомъ разстояніи, стоитъ, пока вы не подойдете, все равно, когда бы вамъ это ни заблагоразсудилось, если вы знаете, что она никогда не погонитъ, даже послѣ выстрелѣ (а подъ этимъ собственно я и разумѣю крепкую стойку)—смѣло давайте ей полную волю и не жалѣйте о переместившейся дичи: знайте, что если дичь не выдержала стойки собаки, еще менѣе выдержала бы она приближеніе охотника. Не подпускаетъ къ себѣ только опытная, напуганная дичь, которая отлично знаетъ, что не собаку слѣдуетъ бояться, что смерть грозитъ ей отъ руки охотника,—и она бѣжитъ отъ собаки только потому, что та возвѣщаетъ его приближеніе.
Я столько разъ уже ратовалъ въ пользу собакъ съ широкимъ поискомъ, что боюсь часто повторяться; но мой трудъ не былъ бы полонъ, еслибъ я вздумалъ остановиться только на томъ, что я до сихъ поръ высказалъ въ ихъ защиту, а потому я постараюсь, въ слѣующей главѣ, доказать, насколько съумѣю, что такая именно собака не только не можетъ вредить и портить на охотѣ, а напротивъ, только изъ подъ нея и можно бить куропатокъ поздней осенью, что, по моему мнѣнію, служить высшимъ выраженіемъ ея искусства; поэтому сельскіе охотники-любители должны, какъ мнѣ, кажется, стараться о томъ, чтобы прибрѣсти себѣ, именно такую собаку. Не знаю, какъ другіе охотники, но я, по крайней мѣрѣ, всегда сниму шапку предъ истиннъмъ послѣдователемъ Немврода, возвращающимся съ охоты поздней осенью, съ тремя-четырьмя ловко сраженными куропатками, чѣмъ передъ искуснымъ стрѣлкомъ, уничтожившимъ въ нѣсколько часовъ четыре или пять дюжинъ фазановъ, зайцевъ и кроликовъ. Послѣднее можетъ продѣлать каждый изъ насъ, ну, а первое не очень-то каждому удастся.
Каковы бы однако ни были на этотъ счетъ мнѣнія читателей, я думаю, что ни одинъ изъ нихъ не посѣтуетъ на меня за то, что я затронулъ эти спорные вопросы и чистосердечно изложилъ объ нихъ мои мысли и свѣдѣнія, указавъ на то, что я считаю истиной, что заблужденіемъ и ложью.
Позднѣе мы увидимъ, какія попытки были сделаны для того, чтобъ получить собаку, которая соединяла бы въ себѣ тонкость чутья пойнтера съ скромнымъ, благоразумнымъ поискомъ французской легавой. Въ Англіи попытки къ рѣшенію этой задачи были довольно успешны.

Используются технологии uCoz